Приветствую Вас, Гость
Главная » Статьи » Краеведение

Памяти краеведа, писателя и поэта

Памяти краеведа, писателя и поэта

В последний мартовский день 2014 года скончался козельский краевед, писатель и поэт Александр Васильевич Евгин. С течением времени всё яснее становится ценность того наследия, которое он оставил после себя. Именно о его краеведческом и литературном наследии я и буду вести речь, но для начала приведу некоторые сведения о жизни Александра Васильевича. А.В. Евгин родился 31 августа 1954 года в деревне Старое Казачье, расположенной недалеко от Козельска. Детство провёл там же. Школу окончил в Козельске. В 1974 – 79-х годах, после службы в армии, обучался в КГПИ по специальности учитель русского языка и литературы. Затем, по распределению, жил и работал в деревне Покровск, в пятнадцати километрах от Козельска. Работал директором и учителем в Покровской школе. В 1985 году женился (со временем стал отцом двоих сыновей и дочери). Учителем работал до 2001 года. С 2001 по 2010 годы вплотную занимался краеведческой и писательской деятельностью. А.В. Евгин член Союза писателей России, Почётный гражданин Козельска. С 2010 года был главой администрации городского поселения «Город Козельск».

Как видим, в последние годы своей жизни Александр Васильевич занимал довольно ответственную должность, связанную со многими проблемами, на решение которых он тратил много душевных сил, и огорчениями, которые он принимал близко к сердцу. В итоге, его сердце не выдержало – остановилось.

Но, конечно, никакие биографические сведения о жизни нашего замечательного земляка не говорят о нём столько, сколько могут сказать его произведения. Поэтому я хочу обратить внимание читателей именно на краеведческое и литературное наследие А.В. Евгина.

Думаю, в памяти интересующихся историей Козельска людей А.В. Евгин останется прежде всего как писатель-краевед. Замечательно, что его работы об истории родного края ценны не только своим богатым содержанием. Александр Васильевич обладал даром слова. Он умел облекать свои краеведческие изыскания в изящную и лаконичную форму. Также стоит отметить научность его работ. Сейчас при желании совсем не трудно выложить в интернете или издать даже самое претенциозное и бездоказательное «исследование». Но Александр Васильевич при написании своих книг тщательно изучал различные, в том числе архивные, сведения. Интересно, как он пишет о работе над первой своей книгой «Козельск. Средневековая Русь»: «Всегда завидовал тем, кто живёт в Калуге и может запросто зайти в архив и находиться в нём час-другой. Мне для этого надо было прошагать пятнадцать километров от Покровска до Козельска, чтобы первым автобусом уехать в Калугу. И обратный путь почти всегда – тоже пешком». Несомненно, краеведческие исследования давались А.В. Евгину многими трудами. Его книги являлись плодами усердной исследовательской работы и длительных раздумий. Не стоит забывать и о любви к родному городу, к родному краю, которая ощущается в его творениях. Без сыновних чувств Александра Васильевича к родной земле вряд ли появилась бы на свет его книга «История города Козельск», которая включила в себя большую часть написанного им. Именно эта книга А.В. Евгина в 2008 году была отмечена премией «Отчий дом» имени братьев Ивана Васильевича и Петра Васильевича Киреевских. (И.В. Киреевский (1806 – 1856) и П.В. Киреевский (1808 – 1856) – крупные славянофилы XIX века, часто бывавшие в Оптиной пустыни и оказывавшие значительную помощь в издании святоотеческой литературы оптинскому старцу иеросхимонаху Макарию).

Давайте рассмотрим произведения, включённые Александром Васильевичем в его сборник «История города Козельск». Прежде всего, это книга «Козельск. Средневековая Русь». В ней автор рассказывает о истории нашего города от самого его основания, до 1777 года, в котором императрица Екатерина II, по случаю образования Калужского наместничества, даровала Козельску герб, своей символикой связанный с обороной Козельска от монголо-татар в 1238 году. Из похожих на «Козельск. Средневековая Русь» книг можно отметить изданную в 1966 году книгу «Козельск», написанную Н.Н. Анисимовым и В.Н. Сорокиным, козельскими краеведами и основателями Козельского краеведческого музея. Но их книга, хотя и охватывает более обширный период истории Козельска (до середины XX включительно), значительно уступает книге А.В. Евгина по научности и детальности изложения.

Далее в сборнике «История города Козельск» расположен триптих «Навий день» («навь» - как объясняет автор – дух умершего пращура, жаждущий поминовения и жертвы). Это оригинальное произведение невелико по размеру. Оно включает в  себя три исторические повести, напоминает одновременно и «Повесть временных лет» и «Сказание о взятии Рязани Батыем». Чтобы колорит этого произведения был яснее, приведу небольшой отрывок из его начала: «По малу зёрнышку склёвывают птицы житное поле. По песчинке крушит ветр огромную гору. По дню источается век, отмеренный человеку. И мнится: вот постиг человек тайну бытия. Но подходит он к концу жизни своей такоже несведущ и несмыслен, как был в колыбели. И только одна язвит боль, и неразделима: меркнет уже свет в очах, но не приходит мечта, и остаётся в душе жажда и неутолена». «Навий день» органично дополняет книгу «Козельск. Средневековая Русь». То, что А.В. Евгин как историк не мог наверняка утверждать в одной книге, он как художник описал в другой. В первых двух частях «Навьего дня» рассказывается о событиях, предшествовавших обороне Козельска от монголо-татар, а в третьей, заключительной – о самой обороне. Триптих «Навий день» очень поэтичен. Он погружает читателя в мир древней Руси, даёт возможность пережить многие славные и трагические события нашей истории.

В сборник «История города Козельск» вошёл также цикл «Слово и дело государево», состоящий из нескольких прозаических миниатюр, ярко показывающих русские нравы XVII века.

Далее следует раздел «Наше духовное наследие». О задачах, которые были поставлены перед этой частью книги, хорошо сказал сам автор: «…на основе изучения разнообразного круга источников попытаться восстановить утраченные нити, связывавшие имя А.С. Пушкина с землёй древнего и славного Козельска, землёй, на которой жили предки поэта, его друзья и знакомые, а также литераторы, ощутившие влияние гения поэта на своё творчество». Александр Васильевич прослеживает историю рода Чичериных, предков А.С. Пушкина по линии бабки по отцу, Ольги Васильевны Чичериной. Как пишет А.В. Евгин, «род этот, начиная с первых его представителей, прочно связан с землями калужскими, в частности – с Козельском». На мой взгляд, автор прекрасно справился с поставленной перед своей работой задачей. Пожалуй, особенно интересно удалось ему рассказать о дяде Пушкина, Василии Львовиче, жизнь которого была связана с козельской землёй. Также в этой работе Александр Васильевич, насколько это было возможно, рассмотрел жизнь и творчество Виктора Астафьева (1808 - ?), дворянина и поэта родом из Козельска, «расцвет таланта которого приходится на 20 – 30 годы XIX века». Стихотворение Астафьева «Не спрашивай меня напрасно», по словам Евгина, в 40-е годы XIX века стало популярным романсом. Говоря о поэзии В. Астафьева, А.В. Евгин сумел подобрать замечательные слова, которые, думаю, вполне применимы к его собственному поэтическому творчеству: «Тонкий психолог, он сумел передать в стихах все оттенки человеческих переживаний, малейшие движения души. Любовь он сравнивал с цветами. Но не было буйства красок в его букете. Стихи В. Астафьева – это цветы осенние, навевающие светлую печаль, и они обязательно отзовутся в каждом неравнодушном сердце, потому что он говорил в них о вечном», «…печаль его светла, и сердце его, несмотря ни на что, наполнено любовью».

В работе «К вечному миру», Александр Васильевич пишет о декабристе К.А. Охотникове (1794 – 1824), родовое имение которого было в Козельском уезде. В предисловии А.В. Евгин очень точно охарактеризовал декабристов: «С новой силой вспыхивают сегодня споры: кто они, эти люди, - величайшие злодеи, преступники, прощения которым быть не может, или самоотверженные герои, романтики от революции.

Не надо распалять сердца свои страстью. Высший Суд над ними уже состоялся, и каждому воздано по делам его.

Это люди, заблудившиеся в лабиринтах высокопарных цветистых фраз о любви к Отчизне, о необходимости и неизбежности радикальных преобразований для её блага. Это обманутое поколение.

Это люди, совращённые вначале своими вождями, а затем ими же преданные и проданные.

Гордившиеся своей учёностью, знанием языков, приобщённостью к мировой культуре, но с трудом изъяснявшиеся на родном языке, они достойны жалости и сочувствия.

Это дети своего времени, а точнее – безвременья. С рождения отданные в руки иностранцев – гувернёров, они воспитывались своими наставниками в полном пренебрежении к языку и религии своих предков».

А.В. Евгин пишет о судьбе К.А. Охотникова, который, по-видимому, к концу жизни оставил революционные идеи и, после тяжёлой болезни, исповедавшись и причастившись, скончался.

В последней части своей книги «История города Козельск» - «У Бога мёртвых нет» А.В. Евгин рассказывает о нескольких неразрывно связанных с Оптиной пустынью людях, освещая при этом некоторые аспекты их деятельности: о Петре Алексеевиче Григорове, в монашестве Порфирии, который с 1834 года подвизался в Оптиной Пустыни и был связан со становлением в ней издательского дела; о Иване Васильевиче Киреевском, а также о новаторстве и ценности его труда «Записка о направлении и методах первоначального образования народа в России»; о Николае Васильевиче Гоголе, на которого благотворно повлияло знакомство с оптинским старцем Макарием и с трудами святых отцов, особенно с трудами Исаака Сирина; о Степане Петровиче Шевырёве – поэте и переводчике, литературном критике и филологе, профессоре Московского университета, внёсшем свой вклад в подготовку к изданию святоотеческих рукописей, находившихся в библиотеке Оптиной пустыни; о Фёдоре Михайловиче Достоевском, о связи его романа «Братья Карамазовы» с Оптиной Пустынью и её старцами.

Хочется рассказать и о поэтическом наследии Александра Евгина. Хотя им написано не так уж много стихов и в печати они почти не появлялись, но незадолго до своей смерти Александр Васильевич издал поэтический сборник «Земное и вечное». К сожалению, при жизни автора презентация этой книги состояться не успела. Данный сборник мал по размеру, но когда его читаешь, вспоминаются строки А. Фета:

Вот эта книжка небольшая
Томов премногих тяжелей.

В качестве эпиграфа к своей книге Евгин выбрал отрывок из стихотворения Булата Окуджавы:

То ли мёд, то ли горькая чаша,
То ли адский огонь, то ли храм…
Всё, что было его – нынче ваше.
Всё для вас. Посвящается вам.

Эпиграф сразу даёт читателю понять, что стихи в этом сборнике лирические, предельно искренние. Думаю, именно искренностью и лиризмом подкупают стихи А. Евгина. Не случайно сам автор так пишет о своём поэтическом творчестве:

Предельная искренность вот этих строк
Придётся ли вам по нраву?
Я не политик, не вождь, не пророк -
Всего лишь поэт, Боже правый…

Стихи Александра Евгина воспринимаются как поэтическая исповедь. Я мало знал Александра Васильевича при его жизни и был удивлён, когда прочитал его последнюю книгу. Оказалось, что он поэт и к нему применимы слова С. Есенина:

Быть поэтом – это значит то же,
Если правды жизни не нарушить,
Рубцевать себя по нежной коже,
Кровью чувств ласкать чужие души.

Евгин много пишет о любви, любви запоздалой и потому горькой:

Судьбою мы разделены.
Испили чашу
Страданий, горя и вины
За чувства наши.

Или ещё:

Боже, как хочется жить!
Горькое моё счастье -
Одну лишь тебя любить.
Даже в ненастье…

Женщину в своих стихотворениях Евгин сравнивает с Ангелом:

Безудержно мчится вскачь
Время в тиши сосновой.
Сядь у воды, поплачь,
Ангел мой светлоголовый.

Возможно, по мысли автора, любовь земная способна привести к постижению любви небесной, когда в близком человеке видишь не его недостатки, а Образ Божий.

Поэтическому творчеству Александра Евгина чужды нарочитая чувственность или показная экспериментальность. Думается, корни его поэзии в XIX веке.

Важный для него образ – образ храма. Не случайно на обложке книги его стихов изображены мужчина и женщина, на фоне осеннего пейзажа рука об руку идущие в храм. Здесь и сугубо земная любовь между мужчиной и женщиной, переходящая в духовное чувство, и осень – время подведения итогов, и храм – место, в котором душа приподнимается над земной реальностью и приобщается к реальности небесной, вечной.

Сборник своих стихов Александр Евгин издал за год до шестидесятилетнего юбилея. Это серьёзный возраст, в котором поневоле задумаешься о своей жизни, о том, что останется здесь после твоего ухода. Наверное, поэтому во многих стихотворениях Евгина так ярко и проникновенно показана осень. Осень, как время года и осень, как особая жизненная пора:

В дальние земли, до срока

ушло лучезарное лето.

Дождь мне сегодня приснился:

это плохая примета.

Душу бередит осень,

до боли, до жжения в сердце.

Жаль, что от увяданья

нет ни лекарства, ни средства.

Прощанием со всеми нами стал поэтический сборник Александра Евгина. После смерти поэта многие его стихотворения воспринимаются как пророческие. Создаётся впечатление, что в последние годы своей жизни он всё острее ощущал близость смерти.

И вот, 31 марта 2014 года, Александра Васильевича Евгина – краеведа, писателя и поэта, не стало.

…средь белого дня

Ушёл я куда-то, нет больше меня.

Так заранее о своей смерти написал он в одном из стихотворений.

С уходом в мир иной А.В. Евгина Козельская земля утратила своего верного, любящего сына, а мы, козельчане, - талантливого, многогранного и небезразличного к родному краю земляка.

 

Васин А.С.,
научный сотрудник Козельского филиала
Калужского областного краеведческого музея.

Категория: Краеведение | Добавил: Roland (28.03.2015)
Просмотров: 710